Постановление 15ААС от 06.07.2020 по делу № А32-48735/2019 (Vartech Enterprise Ltd v. ООО «Новороссийский судоремонтный завод»)

Факты: в сентябре 2018 г. общество Премьер-Ойл (продавец) продало фирме RU-VI Trading (трейдер 1) некоторое количество стали. Для вывоза стали из Новороссийска трейдер 1 тогда же заключил с судоремонтным заводом – который выступал как оператор портового терминала – смешанный договор на перевалку груза и оказание транспортно-экспедиторских услуг. По его условиям терминал обязан был погрузить сталь на номинированное трейдером 1 судно. Изначальный продавец стали (Премьер-Ойл) по поручению трейдера 1 доставил сталь в терминал. В 77 накладных на сталь грузоотправителем был указан продавец, получателем – терминал, плюс в накладных содержалась приписка «по поручению [трейдера 1]». Вскоре трейдер 1 номинировал для погрузки судно The Hoogvliet.

Вероятно, между продавцом и трейдером 1 возник спор по оплате стали. В день номинации судна продавец отозвал уже одобренную таможенную декларацию на вывоз и уведомил терминал, что является собственником стали и единственным уполномоченным распоряжаться ей. Погрузка на The Hoogvliet приостановилась. Терминал ответил продавцу, что поскольку между ними нет договора, то терминал не обязан исполнять указания продавца по стали. В тот же день продавец перепродал сталь компании Vartech (трейдер 2) и получил новую декларацию на вывоз, в которой экспортером был указан уже трейдер 2.

Этот трейдер 2 также уведомил терминал, что является собственником стали, и по уже имеющемуся у него с терминалом смешанному договору на перевалку/экспедицию номинировал для погрузки другое судно, The CC Pargo.

В итоге порт оказался в ситуации, когда три лица (продавец, трейдер 1 и трейдер 2) заявляют о собственности на сталь, а оба трейдера по отдельным договорам перевалки номинировали для погрузки разные суда. Порт отказался принимать номинацию трейдера 2 и грузить сталь на новое судно, т.к. сталь была получена им по поручению трейдера 1.

Трейдер 2 обратился к порту с иском об обязании исполнить договор перевалки и погрузить-таки сталь на номинированное судно.

АС Краснодарского края: в удовлетворении иска отказано. Только трейдер 1 мог давать терминалу обязательные указания по грузу. Несмотря на наличие договоров с терминалом у обоих трейдеров, оплату услуг терминала по хранению и перевалке стали произвел только трейдер 1.

Хотя суд и не решал вопрос о том, кому из трейдеров принадлежит право собственности на сталь, для определения надлежащего заказчика по договорам перевалки все же имеет значение, как исполнялись договоры поставки между продавцом и трейдерами. Договор продавца с трейдером 2 был заключен уже после физической доставки стали терминалу по договору с трейдером 1. Трейдер 2 не упоминался ни в одной из 77 накладных на перевезенный в терминал груз.

По условиям договора между продавцом и трейдером 2 сталь не считалась уже доставленной трейдеру 2. Напротив, поставка осуществлялась на условиях Incoterms DAP (Delivered at Place) терминал с датой поставки в будущем, т.е. для доставки трейдер 2 должен был принять сталь в указанные даты в терминале. Однако трейдер 2 не представил терминалу доказательств доставки, принятия стали или ее оплаты по договору, поэтому терминал правомерно полагал, что трейдер 2 не имеет права распоряжаться сталью. Доказательство оплаты стали трейдером 2 в виде свифт-перевода является ненадлежащим доказательством, т.к. переведено в судебном заседании на русский язык представителем истца без диплома переводчика.

Наконец, иск об обязании терминала совершить погрузку стали не может быть удовлетворен, т.к. погрузку невозможно осуществить без содействия капитана судна, портовых властей и таможенных органов. Следовательно, у терминала отсутствует объективная возможность исполнить судебный акт – что является основанием для отказа в иске об исполнении в натуре.

15ААС: решение оставлено без изменения с аналогичной мотивировкой. Своими противоречивыми указаниями продавец, трейдер 1 и трейдер 2 создали для терминала правовую неопределенность относительно того, кто может распоряжаться сталью. Следовательно, отказ терминала исполнять указания трейдера 2 не может считаться нарушением договора перевалки еще и поэтому.

Комментарий: в этом деле терминал оказался в незавидном положении. У обоих трейдеров были заключены с ним договоры на перевалку/экспедицию спорного груза, и от всех сторон спора, включая изначального продавца, поступали противоречивые указания.

Обычно для распоряжения грузом заказчик в таком смешанном договоре не обязан доказывать терминалу наличие права собственности на груз (например, заказчиком может быть экспедитор, организующий мультимодальную перевозку). Однако если несколько потенциально управомоченных заказчиков дают терминалу противоречивые указания по одинаковым договорам в отношении одного груза (как в настоящем деле), суд может начать оценивать, у кого из заказчиков имеется больше прав на груз. Для этого требуется изучить, как заказчики получили свои заявляемые права – т.е. взглянуть на исполнение ими предшествующих договоров. Хотя суды в этом деле особо подчеркивают, что не решают вопрос о праве собственности на сталь, они по сути разрешают весьма схожий вопрос о том, кто из двух трейдеров между собой имеет больше прав распоряжаться этой сталью.

С процессуальной точки зрения такой спор может разрешаться несколькими способами. Один из притязающих на груз заказчиков может подать иск против терминала, при этом другой заказчик выступает третьим лицом (не самый удачный вариант, т.к. принудить терминал к погрузке нельзя). Один из заказчиков может подать иск о признании права собственности против другого (как предлагает судья Галов в постановлении 15ААС), и в случае выигрыша дать указания терминалу.

Возможен и третий вариант, не принятый пока в России, но существующий в странах общего права.³ Это т.н. interpleader (буквально – «вовлечение в спор между собой»). Используя схожий механизм, терминал смог бы подать заявление о принудительном возбуждении процесса между заказчиками, чтобы суд определил, чьи указания терминал должен исполнять. При этом после удовлетворения такого заявления терминал переставал бы быть участником процесса и не нес бы судебных расходов. ■

Сноски