Компания Deutsche Bank AG (заявитель) подала заявление о выдаче антиискового запрета против ООО «Русхимальянс» (ответчик). Ответчик заключил договор на проектирование и строительство завода СПГ в Усть-Луге с немецкой компанией (исполнитель). Заявитель выдал гарантию обязательств исполнителя. Гарантия содержала арбитражную оговорку о передаче любых возникающих споров в Международный арбитражный суд при Международной торговой палате в Париже.

Вследствие санкций исполнитель отказался реализовать взятые на себя обязанности. Ответчик потребовал от заявителя выполнить обязательства по гарантии. Заявитель отказался исполнять гарантии вследствие санкционных ограничений. Ответчик подал иск в российский суд. Заявитель инициировал третейское разбирательство и подал заявление в английский суд о выдаче антиискового запрета против процесса в российском суде в пользу третейского разбирательства во Франции.

Судья Высокого суда Брайт отказал в удовлетворении заявления. Он указал, что оказывать поддержку третейскому разбирательству во Франции – это не дело английского суда. Более того, существует вероятность, что такая поддержка не будет принята французской стороной и антиисковой запрет будет неисполнимым. Судья Брайт дал разрешение на апелляцию решения Высокого суда.

Апелляционный суд отменил решение Высокого суда и выдал антиисковый запрет. Решение было подготовлено судьей Нуджи.

Судья Нуджи указал, что арбитражная оговорка содержит две основные части. Первая – положительная – заключается в обязанности сторон при возникновении спора передавать его на рассмотрение третейского суда. Вторая – негативная – сводится к неподаче исковых требований в любые иные форумы, помимо оговоренного. В случае, когда английское право применимо к договору, английский суд может выдать антиисковой запрет, так как такой запрет – это принуждение к исполнению условий договора. Такое принуждение возможно даже в том случае, если третейский суд находится вне территории Англии. Право Франции не предоставляет необходимых инструментов для выдачи антиисковых запретов. Однако, в отличие от судьи Брайта, судья Нуджи указал, что каких-либо философских или принципиальных препятствий для исполнения антиискового запрета, выданного английским судом, во Франции нет. Недостаток инструментов для получения антиискового запрета во Франции делает выбор юрисдикции для подачи заявления о выдаче запрета не выбором между Англией и Францией, а выбором между подачей заявления в Англии и неподачей его вовсе. В данном случае не возникает конфликта компетенций между английским и французским судами. На основе вышеизложенного антиисковой запрет был выдан.

Указанное дело – одно из серии аналогичных дел с участием «Русхимальянса» о прекращении иностранными контрагентами работ в связи с санкционными ограничениями. Российская компания имеет инструменты для подачи иска в России и избежания применения арбитражной оговорки. Если должник имеет имущество на территории России, то антиисковые запреты работать не будут. Обсуждаемое дело интересно ввиду двух причин. Во-первых, оно посвящено вопросу выдачи антиискового запрета в интересах третейского суда в иностранном государстве. Во-вторых, оно демонстрирует, как английские суды реагируют на попытки российских компаний обходить арбитражные оговорки и подавать иски в России. Если коротко, английские суды не будут закрывать на это глаза. ■