Определение АС СПб и ЛО от 15.07.2020 по делу № А56-56894/2020 (ООО «Балтийская топливная компания» v. Conger Elbpartner Shipping Co. Ltd)

Факты: Балтийская топливная компания поставила топливо на 34 тыс. долларов на судно The Conger (контейнеровоз 1995 г. постройки) по заказу оператора судна (Shortsea). Оператор действовал от имени и в интересах собственника судна (MS Conger) и его бербоут-фрахтователя (Conger Elbpartner). Не получив оплаты за топливо, поставщик подал заявление об аресте судна в Санкт-Петербурге.

АС СПб и ЛО: заявление об аресте удовлетворено. Поскольку при заключении договора поставки топлива оператор действовал от имени собственника и бербоут-фрахтователя, именно они являются ответственными по морскому требованию истца. Наложение ареста на судно не ставится в зависимость от соразмерности заявленного требования (34 тыс. долларов) и стоимости судна (потенциально несколько миллионов долларов). Арест судна в соответствии с Конвенцией 1952 года и КТМ РФ является специальной мерой по обеспечению морского требования и не требует от истца никакого дополнительного обоснования, помимо установленного Конвенцией – т.е. истец должен доказать только наличие морского требования и принадлежности судна ответственному по такому требованию лицу.

Комментарий: очень простое и в целом правильное определение – в котором, однако, подчеркивается весьма неочевидная для российских судов мысль: арест морского судна не является обычной обеспечительной мерой в смысле АПК РФ. Арест судна – очень часто единственный способ для истца получить оплату по своему требованию, ведь ответчик и его имущество находятся за пределами юрисдикции российского суда. Кроме того, зачастую основная цель ареста для истца – не обратить взыскание на судно, а под угрозой ареста получить от страховщика ответственности судовладельца (P&I клуба) самостоятельное обеспечение для своих требований в форме гарантийного письма, независимой гарантии или даже передачи наличных денег на хранение суду.

Поэтому арест судна не может зависеть от размера требования истца и его соотношения со стоимостью корабля или возможными расходами судовладельца из-за ареста. Ч. 2 ст. 91 АПК, согласно которой обеспечительные меры должны быть соразмерны заявленному требованию, не должна применяться к арестам судов в принципе. Иначе требования самых незащищенных категорий истцов (например, моряков или поставщиков бункерного топлива), которые никогда не могут быть достаточно велики по сравнению со стоимостью судна или расходами судовладельца, всегда будут оставаться необеспеченными. Чем дороже судно, тем более безнаказанно может вести себя судовладелец с такими истцами – ведь его судно стоит слишком дорого и приносит слишком много прибыли, чтобы быть арестованным по мелким искам.¹

По тем же причинам истец не должен доказывать, что без ареста судна ему будет сложно исполнить последующее решение суда/арбитража или что отказ в аресте приведет для него к значительному ущербу – несмотря на то, что именно этого требует ч. 2 ст. 90 АПК. Эти условия либо должны предполагаться соблюденными каждый раз, когда подается заявление об аресте, либо ч .2 ст. 90 не должна применяться в целом.

Совершенно неразумно заставлять истца доказывать, что судно является единственным имуществом ответчика, что истец не сможет арестовать судно в другой юрисдикции или что без ареста истец не сможет при желании исполнить последующее судебное решение. Во-первых, учитывая крайне запутанную и непрозрачную структуру владения судами, истец практически никогда не сможет доказать, что судно – единственный актив ответчика. Даже если у ответчика действительно нет других активов, это не должно давать ему иммунитет от ареста. Платежеспособные судовладельцы чаще всего могут избежать ареста с помощью гарантийных писем от своих P&I клубов. Если же судовладелец не может получить такое письмо, то он в большинстве случаев неплатежеспособен – аргумент в пользу ареста для большей защиты интересов истца.

Во-вторых, истец практически всегда сможет найти альтернативную юрисдикцию для ареста. Поэтому то, что судно может быть арестовано в Англии, США или Бельгии (где арест почти автоматический), не должно иметь значения для решения об аресте в России. Иначе истцы в России в принципе не смогут добиться ареста судов, вовлеченных в серьезную международную торговлю.

В-третьих, истец также почти всегда сможет найти страну, где можно попробовать исполнить окончательное решение российского суда – или же вообще исполнить решение в России, обратив взыскание на судно ответчика, когда оно зайдет в российский порт. Арбитражные же решения исполняются по Нью-Йоркской конвенции 1958 г. почти везде. Но тогда зачем в принципе нужна процедура ареста до суда или арбитража? Помимо этого, исполнение решения за рубежом или арест судна в альтернативной юрисдикции будут чаще всего непропорционально дороги для истца с небольшим требованием.

Наконец, даже с чисто легалистской точки зрения ст. 1(2) и 2 Конвенции 1952 г. устанавливают исключительный перечень условий для удовлетворения заявления об аресте. По ст. 6 Конвенции национальное законодательство (АПК) может регламентировать только порядок подачи и рассмотрения заявления об аресте – но не может устанавливать дополнительные условия для ареста² (соразмерность размера требования стоимости судна, невозможность последующего исполнения решения суда, значительный ущерб истцу и т.д.). Если к аресту применяется Конвенция (например, судно ходит под флагом страны-участницы), то для применения этих излишних требований АПК нет места.

Арест и иные обеспечительные меры: In brief

❖ Запрет на совершение регистрационных действий в отношении судна без ограничения его передвижения не является арестом в смысле КТМ РФ и Конвенции 1952 г. об аресте и может быть наложен в качестве обычной обеспечительной меры:

✓ по иску таможенного органа о взыскании пошлин, если неуплата пошлин произошла в связи со ввозом судна на территорию России – Определение АС Камчатского края от 14.07.2020 по делу № А24-3345/2020;

✓ по заявлению арбитражного управляющего о признании недействительным договора дарения доли в уставном капитале между должником и ответчиком – Определение Арбитражного суда Приморского края от 15.07.2020 по делу № А51-15788/2017;

✓ по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительным договора купли-продажи судна между должником и ответчиком – Определение Арбитражного суда Республики Крым от 14.07.2020 по делу № А83-16029/2018. ■

Сноски